Главная » Статьи » Политическая экономия

Кто создает национальный доход? - 3. Кем создается национальный доход?

3. Кем создается национальный доход?

 

Ранее мы рассматривали источник национального дохода общества с точки зрения структуры национального труда, выделив отрасли материального производства как те, где создается совокупный общественный продукт, частью которого и является национальный доход – вновь созданная за определенный период времени стоимость.

Теперь же мы должны рассмотреть этот вопрос с точки зрения того, что такое производительный труд и является ли всякий труд в отраслях материального производства производительным трудом.

Прежде чем перейти к этому вопросу,  отмечу, что ранее высказанный взгляд на сферу материального производства как на единственный источник стоимости и, соответственно, вновь созданной стоимости, является общепринятым в марксистской экономической литературе. Между тем, были предприняты попытки приписать этот взгляд исключительно моей скромной персоне. В ложности таких заявлений легко может убедиться всякий, кто не сочтет за труд ознакомиться с историей вопроса.  Тем же, кто считает себя вправе обходиться при рассуждениях без исходного материала, кто игнорирует мои прямые свидетельства о том, что изложенное представление об источнике национального дохода лежало также в основе методик расчета национального дохода, отвечать нет надобности. Но, переходя к вопросу о производительном труде, можно предвидеть, что и здесь нам придется столкнуться с «мнениями», изобличающими их носителей в незнании истории вопроса, а потому, фактически, являющимися простым перепевом  давно и хорошо известных песен.

Говоря о полемике вокруг выдвинутого Адамом Смитом различения между производительным и непроизводительным трудом, К. Маркс обратил внимание на то, что «она является коньком для второразрядной братии, в особенности же для пропитанных менторским духом компиляторов и составителей компендиумов, а также для пишущих на беллетристический манер дилетантов и вульгаризаторов в данной области».

Главной же причиной этой полемики против Смита, по мнению Маркса, явилось то, что «громадной массе так называемых «высших» работников, — государственных чиновников, военных, виртуозов, врачей, попов, судей, адвокатов и т. д., труд которых отчасти не только не производителен, но по существу разрушителен и которые тем не менее умеют присваивать себе весьма крупную долю «материального» богатства либо продажей своих «нематериальных» товаров, либо насильственным навязыванием их, — всей этой массе отнюдь не было приятно быть причисленной в экономическом отношении к одному классу со скоморохами и домашней прислугой и предстать просто в качестве прихлебателей, паразитов, живущих за счет подлинных производителей (или, точнее, за счет агентов производства). Это было своеобразным развенчанием как раз тех функций, которые до того были окружены ореолом святости и пользовались суеверным почитанием»  (К. Маркс.Соч. т. 26 ч. 1, с. 157).

Как стоимость, общественный продукт представляет собою овеществленный в товарной массе общественный труд.

 «Стоимость, оставляя в стороне её чисто символическое выражение в знаке стоимости, существует только в той или иной потребительной стоимости, в той или иной вещи... Поэтому, если утрачивается потребительная стоимость, утрачивается и стоимость» (К. Маркс. Соч., т. 23, с. 213)

Труд, не создающий продукта, выступающего при товарном производстве в качестве товара, не создает и стоимости. Таким образом, первым условием производительного труда является его определенное вещественное содержание. Но определение производительного труда как простого процесса изменения предмета труда, данного природой, при помощи средств труда, как процесса овеществления труда в предмете – является определением, общим для любого исторически определенного способа производства. Такое определение, выведенное из самой природы материального производства, можно назвать «общеэкономическим» понятием производительного труда.

«Это определение производительного труда, получающееся с точки зрения простого процесса труда, совершенно недостаточно для капиталистического процесса производства» (К. Маркс. Соч., т.23, с. 192).

Капиталистическое производство есть, во-первых, производство не просто продуктов, а товаров. Во-вторых, оно есть производство не только товаров, но по самому своему существу оно - производство прибавочной стоимости. Уже недостаточно того, что рабочий производит потребительные стоимости – носители меновой стоимости. Он должен произвести для капитала стоимость, превышающую стоимость издержек производства, включая заработную плату рабочего, т. е. прибавочную стоимость.

«Только тот рабочий производителен, который производит для капиталиста прибавочную стоимость или служит самовозрастанию капитала» (Там же, с. 517).

Таким образом, с точки зрения капиталистического производства труд в сфере материального производства оказывается непроизводительным в том случае, если продукт этого труда, во-первых, не становится товаром, а во-вторых – если этот труд не является наемным трудом, увеличивающим стоимость капитала.

Самостоятельный работник, производящий предметы потребления для собственного пользования, или выносящий их как товар на рынок – непроизводительный работник для капитала, хотя его труд воплощается в материальном продукте, является производительным в общеэкономическом смысле.

Капиталистическое определение производительного  труда сужает это понятие в сравнении с определением такого труда как труда, воплощающегося в продукте. Вместе с тем, капиталистическое понимание расширяет это понятие, включая в него и такие виды труда, которые служат самовозрастанию капитала, не производя никакого материального продукта.

«Так, школьный учитель, — если позволительно взять пример вне сферы материального производства, — является производительным рабочим, коль скоро он не только обрабатывает детские головы, но и изнуряет себя на работе для обогащения предпринимателя. Вложит ли этот последний свой капитал в фабрику для обучения или в колбасную фабрику, от этого дело нисколько не меняется. Поэтому понятие производительного рабочего включает в себя не только отношение между деятельностью и ее полезным эффектом, между рабочим и продуктом его труда, но также и специфически общественное, исторически возникшее производственное отношение, делающее рабочего непосредственным орудием увеличения капитала» (Там же, с. 517).

Оговорка Маркса насчет «позволительности» примера, взятого вне сферы материального производства, вполне понятна. Такой «производительный работник» в капиталистическом смысле обогащает капиталиста, не производя никакой новой стоимости, а перераспределяя  в его пользу существующую меновую стоимость, равную определенному количеству своего рабочего времени. Когда два товаровладельца обмениваются товарами пропорционально содержащемуся в этих товарах общественному времени, они фактически обменивают труд на труд, причем их индивидуальный труд получает таким образом общественное выражение. Когда происходит обмен между владельцем товара и непроизводительным работником, предлагающим свои «услуги», суть сделки остается такой же – труд обменивается на равный труд, но на одной стороне этот труд овеществлен в товаре, является меновой стоимостью, а на другой стороне труд находится в «текучем» состоянии, производя действительный или мнимый полезный эффект. Видимость же сделки заключается в обмене «услуги» товара (или денег) на «услугу» труда. Когда труд непроизводительного работника подчиняется капиталу, превращается в наемный труд, задачей капиталиста остается только заставить своего наемного работника трудиться дольше, чем необходимо для возмещения стоимости заработной платы, которую он выплачивает, т. е. присвоить с помощью его труда большую меновую стоимость, чем та, что равна цене наемной рабочей силы.

С точки зрения капиталиста производителен всякий труд, приносящий ему прибыль.

Но с общественной точки зрения производителен только труд, создающий продукт и новую стоимость. Труд, посредством которого уже созданная стоимость перемещается из одного кармана в другой, не является производительным трудом.

Оба определения производительного труда – и как труда, овеществленного в продукте, и как труда, приносящего прибавочную стоимость капиталисту – сформулированы Адамом Смитом. Маркс принимает эти определения, подвергая критике Смита лишь за то, что он смешивает эти несовпадающие и даже частично противоречащие друг другу определения. Постольку поскольку мы рассматриваем не производство вообще, вне его конкретных исторических форм, а капиталистическое производство, то правильным является определение производительного труда как такого, что служит самовозрастанию капитала – вне зависимости от вещественного содержания труда. Поскольку капиталистическое производство есть товарное производство, а товар является материальным субстратом, носителем стоимости – производительный труд получает второе, дополнительное определение (которое исторически, однако, выступает первым) как труд, воплощающийся в товаре.  

Совокупный общественный продукт, конечный общественный продукт, национальный доход – стоимостные показатели, поскольку мы остаемся в пределах капиталистического товарного производства. Как сумма товаров – они сумма стоимостей. Специфически капиталистический смысл имеет только показатель национального дохода – вновь созданной стоимости, поскольку она распадается на заработную плату рабочих и прибавочную стоимость, присваиваемую капиталистами. Заработная плата рабочих и прибавочная стоимость являются источниками производных доходов, получаемых непроизводительными работниками, а также нетрудящимися.

В национальный доход не могут включаться продукты труда, не превращенные в товары, т. е. не являющиеся стоимостями. Таким образом, не всякий труд в материальном производстве участвует в создании национального дохода. Вместе с тем, частично национальный доход создается «непроизводительными» с точки зрения капитала работниками, занятыми в простом товарном производстве, не использующем наемного труда. Господствующие капиталистические отношения производства накладывают свой отпечаток и на простое товарное производство, так что средства производства, принадлежащие самим мелким товаропроизводителям, становятся капиталом, а «самозанятые» представляются занятыми «самоэксплуатацией». Но основными производителями национального дохода остаются рабочие, эксплуатируемые капиталом в главных отраслях материального производства.

Капитализм вносит еще одно существенное изменение в определение производительного труда. Если простой процесс производительного труда, рассматриваемый с точки зрения его результата – продукта, предполагает непосредственное воздействие работника на предмет труда, то это, в свою очередь, предполагает индивидуальный характер производительного труда. Физические и умственные функции нераздельно существуют в одном человеке. Тот, кто не трудится физически – не производит. Тот, кто не контролирует своих физических усилий – не производит ничего путного.

«Как в самой природе голова и руки принадлежат одному и тому же организму, так и в процессе труда соединяются умственный и физический труд. Впоследствии они разъединяются и доходят до враждебной противоположности» (Там же, с. 516).

Прежде всего, неверным оказывается одностороннее представление Адама Смита (которое Маркс называет «шотландским») о производительном труде как о труде, непосредственно изменяющем предмет труда.

«Продукт превращается вообще из непосредственного продукта индивидуального производителя в общественный, в общий продукт совокупного рабочего, т. е. комбинированного рабочего персонала, члены которого ближе или дальше стоят от непосредственного воздействия на предмет труда» (Там же, с. 516).

Из этого следует, что не только физический труд рабочего, но и различные виды нефизического и умственного труда людей, занятых в материальном производстве, являются производительным трудом, воплощающимся в продукте и участвующим в создании его стоимости.

«Теперь для того, чтобы трудиться производительно, нет необходимости непосредственно прилагать свои руки; достаточно быть органом совокупного рабочего, выполнять одну из его подфункций. Данное выше первоначальное определение производительного труда, выведенное из самой природы материального производства, всегда сохраняет свое значение в применении к совокупному рабочему, рассматриваемому как одно целое. Но оно не подходит более к каждому из его членов, взятому в отдельности» (Там же, с. 517).

Еще одним важным уточнением определения производительного труда Адама Смита, является  прямое причисление транспортировки товаров к отраслям промышленности. Хотя при транспортировке не происходит никакого видимого изменения предметов, происходит изменение потребительных стоимостей, а именно – их  пространственного расположения.

«Как только товар дошел до места назначения, перемена, которую претерпевала его потребительная стоимость, исчезла, и выражается эта перемена еще только в повысившейся меновой стоимости товара, в его вздорожании. И хотя реальный труд не оставил при этом никакого следа в потребительной стоимости, тем не менее этот труд реализовался в меновой стоимости данного материального продукта. Для транспортной промышленности, стало быть, имеет силу то же, что и для всех других сфер материального производства: труд также и в этой сфере воплощается в товаре, хотя он и не оставляет на потребительной стоимости товара никакого заметного следа» (К. Маркс. Соч. т. 26 ч. I, с. 423).

Далее, работники науки и изобретатели участвуют в производительном труде постольку, поскольку непосредственно прикладывают свой труд к одной из сфер материального производства. В остальных случаях их труд воплощается в стоимости постоянного капитала – новом оборудовании, машинах, технологических процессах. Стоимость же постоянного капитала только переносится на продукт живым трудом, а не является вновь созданной стоимостью. Наука и изобретательство в создании национального дохода, таким образом, не участвуют, их труд участвует в определении стоимости той части совокупного общественного продукта, которая возмещает затраты на производство.

Нам остается только  рассмотреть некоторые виды труда, имеющие отношение к производству такого специфического товара, каким является рабочая сила.

Капитализм как высшая форма товарного производства основывается на превращении в товар рабочей силы, производительное использование которой, наемный труд, во-первых, создает все остальные товары, а во-вторых – является источником стоимости и прибавочной стоимости – цели капиталистического производства. Поэтому труд, непосредственно влияющий на состояние и качество рабочей силы, например, труд учителей или врачей, представляется также производительным трудом, воплощающимся в рабочей силе как в товаре.  Но товар рабочая сила занимает особое место среди «вещественных» товаров – в отличие от них, он не производится капиталом, составной частью которого в его производительной форме как раз и выступает рабочая сила.

Товар рабочая сила не производится капиталистом, напротив, он им покупается на рынке наряду с иными, вещественными факторами производства. И если эти последние являются товарами, произведенными одними капиталистами для других, то товар рабочая сила не производится ни одним из капиталистов и покупается на особом рынке – рынке труда, куда выносится самими рабочими – потенциальными производительными работниками.

Поэтому цена рабочей силы включается в издержки производства капиталиста наряду с издержками на вещественные элементы производства. Если семья рабочего сама платит за «услуги» медицины и за образование, то эти расходы определяют величину стоимости рабочей силы, соответственно – ее продажную цену, которую рабочий должен возместить капиталисту с избытком. Если весь класс капиталистов возлагает эти расходы на свой коллективный исполнительный орган – государство, то в результате капиталист платит за эти услуги не в форме зарплаты рабочего, а в форме налогов – из той прибавочной стоимости, которую создают наемные рабочие. Так или иначе, врачи и учителя содержатся за счет рабочего класса. Расходы на их содержание являются такими издержками, которые, хотя и являются необходимыми условиями производства, сами в него не входят.

Здоровый рабочий может трудиться более производительно, чем больной. Квалифицированный рабочий может произвести за один и тот же период рабочего времени большую стоимость, чем неквалифицированный. Но производительно трудится в любом случае сам рабочий, и то, что он производит средства к жизни в том числе и для работников медицины и образования обусловлено тем, что последние обменивают свой труд на продукт труда рабочего, а не тем, что они являются участниками производительного труда.

Так обстоит дело при капитализме. В социалистическом обществе, целью которого является не производство товаров и не производство прибавочной стоимости, а производство самого человека, противоположность производительного и непроизводительного труда утратит прежний смысл. Когда материальное производство перестанет служить накоплению богатства как такового, а станет средством обеспечения полного благосостояния и всестороннего развития каждого члена общества, иные виды труда, служащие той же цели, перестанут противополагаться труду по созданию материальных благ. К тому же преодоление противоположности между умственным и физическим трудом приведет к исчезновению социальных категорий, занятых исключительно тем или иным видом труда, каждый из которых будет трудом на благо всего общества.

Но мы остаемся все еще в пределах капиталистического производства. И, подводя итог, должны признать, что решающим признаком производительного труда при капитализме является производство прибавочной стоимости для капитала, безотносительно к предметной форме самого труда.

Это обстоятельство в высшей степени важно для определения границ и состава пролетариата.

Однако это определение производительного труда с точки зрения капиталистического производства не противоречит тому, что источником вновь созданной стоимости – национального дохода – признается только труд в материальном производстве. Первое определение является решающим для характеристики капиталистического производства как производства прибавочной стоимости, т. е. как самовозрастания капитала. Второе же является решающим для характеристики капитализма как высшей формы товарного производства, определяя источник возникновения той новой стоимости, которая распадается на заработную плату и прибавочную стоимость, т. е. определяет источник «самовозрастания» капитала.  

Резюме: Марксистская политэкономия рассматривает стоимость как всеобщую категорию товарного производства вообще, а потому и капиталистического товарного производства.
Прибавочная стоимость - специфическая категория капиталистического производства.
Поэтому производство прибавочной стоимости, а не стоимости вообще (т. е. товара) является главным признаком производительного труда при капитализме.
Но прибавочная стоимость - это стоимость прибавочного продукта, продукта прибавочного труда производительного работника. Как прибавочный продукт - часть всего продукта труда рабочего, так и прибавочная стоимость - часть стоимости произведенных наемным рабочим для капиталиста товаров.
Именно поэтому марксистская политэкономия утверждает, что понятие производительного рабочего при капитализме включает в себя, во-первых, отношение между рабочим и продуктом его труда, а во-вторых, также и специфически общественное, исторически возникшее производственное отношение, делающее рабочего непосредственным орудием увеличения капитала. Первое отношение выведено из общих условий материального производства. Второе - из  капиталистического характера производства.
В этом состоит коренное отличие взгляда марксистской политэкономии от воззрений буржуазной политэкономии на понятие производительного труда.
Буржуазная политэкономия считает производительным всякий труд, приносящий "доход".
Марксистская политэкономия считает производительным только труд в сфере материального производства, создающий новую стоимость, распадающуюся на заработную плату рабочего и прибавочную стоимость, присваиваемую капиталистом.   

Категория: Политическая экономия | Добавил: VWR (10.06.2010)
Просмотров: 2956 | Комментарии: 1
Всего комментариев: 1
avatar
1
По-моему, исчерпывающе.
avatar